старая школа

Наверное в определенном возрасте уже не стоит ожидать хороших новостей, как ни крути, а 80+, как мне с легким страхом видится из своего пятого десятка, далеко не радость. Но все мои — не могу назвать их стариками — друзья 30-х годов рождения, как на подбор, стойко противостоят невзгодам и постоянно демонстрируют мне, как надо жить и вести себя.

Далеко в Лозанне Россана, вечная рагаццина 81 года от роду сражается с переездом домой в Италию и сопутствующей швецарской бюрократией.  Я предложила приехать помочь, потому что помимо прочего там чисто физически надо разобрать гору вещей в подвале. "Нет, моя дорогая, нечего портить тебе праздники. Мне в моем возрасте приходится заново учиться быть self-sustainable, merde! Но иначе никак."

Боб на эту весну набрал себе опять учебные курсы - несмотря на не хотел возвращаться в колледж, откуда был не очень красиво выперт после 45 лет преподавания и гордо обещал самому себе не становиться "маразматиком у доски". Конечно, ни слова не говорит, но подозреваю, что причины две: оставаться в строю и подзаработать. Летом ему 80, собираюсь повидаться. "Никаких подарков не привози, всегда будем рады видеть. Если ты в моем письме ощутила некоторую мрачность, то это только из-за холодной погоды", — пишет он, впервые за двадцать лет переписки упомянув в отношении себя слово "мрачность". 

(Офтоп - ничего лучше, чем привезти ему мемуары М.С. Горбачева с автографом последнего, я не придумала. Это оказалось не так сложно. Секретарь Горбачев-фонда, перед тем как взять книжку, подробно расспросила о Бобе — кто такой, что преподает, сколько лет. "Михаилу Сергеевичу будет интересно". Тут мне пришло в голову, что Михаилу Сергеевичу вообще-то тоже уже 87, и в любой момент зеленая полянка на Новодевичьем кладбище между могилой Раисы Максимовны и веселым памятником генералу Лебедю (кто такого еще помнит?), увы, может оказаться востребованной. Несмотря на то, что мое мнение о горбачевских деяниях в последние годы стало гораздо более неоднозначным, следующее, что я услышала, были мои собственные пожелания доброго ему здравия. Одно я знаю — в 2039 году не будет никакого ВВП-Фонда, куда можно будет придти за автографом. )

Дядя Юлик 88 лет от роду уже третий месяц живет один, пока тетя Света в больнице на краю цивилизации с крайне неприятными последствиями диабета и угрозой ампутации стопы. Позвонила ему подбодрить его, в результате сама же первая и забулькала в трубку. "Может, помочь Вам? Передачки, подвезти что?" — "Конечно, ты такая же незанятая, как и я, ни работы, ни детей. Да и ты знаешь Свету — она не допустит, чтобы ты ее в таком виде застала." Набрала тете Свете — и там получила категорический отказ. Гвозди бы делать, блин.

До последнего держалась и моя бабушка, уже будучи почти полностью слепой, пытавшаяся мыть посуду и вести хозяйство, но уже год, как деменция взяла свое. 

Поколение моей мамы уже немножко не такое. Они не менее слабые характером, нет, но, наверное все-таки более приучены просить о помощи. 

И понятия не имею, что будет со мной и моими сверстниками, когда придет наше время выживать. Скажут ли о нас "таких сейчас не делают"?

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded