kalinnka

Categories:

хроники коронавируса

В мою жизнь информация о грядущем кабздеце ворвалось на восьмимартовском корпоративе. Вернувшаяся из Франции накануне введения самоизоляции прилетающих из очага инфекции граждан начальница, выпивая с нами на посошок в опенспейсе, начала мрачно ванговать, что  скоро у нас все будет еще хуже, а к весне грядет конец туристской и гостиничной отрасли. Не веря до конца, я-таки обеспокоилась и для начала решила отменить поездку свекрови с внуками в Биарриц к ее ученице, благо никаких билетов еще куплено не было. Ученица сама на тот момент еще пребывала в счастливом неведении и сильно удивилась нашему решению, но через четыре дня во Франции объявили карантин и закрыли школы. Практически одновременно  — надо отдать тут должное властям, тянуть не стали — Косте предложили перейти на дистанционное обучение. Сообщение об этом пришло 14-го  утром, в субботу. Мы с Плохишом переглянулись, созвонились со свекровью, она по-солдатски молниеносно собралась и 15 числа одним днем увезла Костю в Саратов, где они и пребывают по сей день, забаррикадировавшись в своем доме в пригороде и выбираясь оттуда только в магазин. После каникул школа сначала устроила «развлекательно-развивающие» занятия, а на этой неделе учителя со скрипом стали выходить в зум-конференции, но я, памятуя о скорости интернета в Поливановке, не стала мучить свекровь, посему они с Кокой занимаются по старинке по учебникам и заданиям в электронном дневнике и шлют домашку учителям по почте. Костя уже просек, что дело идет к его жизни у бабушки до осени. Я очень по нему скучаю, и меня волнует тот момент в ближайшем будущем, когда эпидемия захватит Саратов, но сейчас его отъезд — лучшее решение, особенно с учетом того, что мы с супругом все это время были главным потенциальным источником заразы, работая без всякой удаленки вплоть до путинских каникул. 

У Сашки в вузе лихорадочные действия (тепловизоры на входе и прочая) начались в десятых числах марта, после чего объявили двухнедельные «типа каникулы». Он с ноября ждал концерт Тиля Линдемана, который по красивому совпадению приходился на его 21-й день рождения, 15 марта. Коронавирус и Тиль немножко подфартили — Собянин за пару дней до того выпустил указ о запрете массовых мероприятий, Линдеман, не желая расстраивать фанатов, сказал, что даст два концерта вместо одного, и в итоге Сашка, согласившись на дневной концерт, получил вип-билет взамен обычного. Тиль выступал в эффектном пузыре, в фойе продавали стилизованные маски, все получили удовольствие, а информация в конце марта, что Линдеман-таки заразился, оказалась уткой. После этого наш старший сын засел в самоизоляции с моей мамой, в кои-то веки легально получив право вести тот образ жизни, который вел и раньше. Возможно,  коронавирус ему вторично подфартит и в виде послаблений по преддипломной практике (чему я была бы очень рада) — сын мой вялотекуще что-то искал, когда разразилась вся эта история, и деканат сейчас явно не в состоянии пока ничего внятного сказать, что делать (как и все мы, впрочем) — какая уж тут практика. 

Мама, хотя поначалу не могла себе отказать в сентенциях «какая разница, каким образом я умру, может сейчас отмучаться?», тем не менее закупилась провизией, немножко попоучала меня на тему должной заготовки продуктов, пнула собес на тему своевременной выплаты собянинских двух тыщ пенсионерам за сидение дома, и ведет себя крайне дисциплинированно. Один из ее давних друзей сейчас провел неделю на ИВЛ (сейчас понемногу выкарабкивается), и это произвело на нее впечатление. В качестве развлечения она по сто раз в  день созванивается по воццапу с давним бойфрендом, который шестую неделю находится в самоизоляции где-то в районе Аликанте. «Как ты можешь так долго сидеть и не жаловаться?» — спросила она его вчера. «Сидел мой отец. Десять лет. В Красноярском крае. До реабилитации», — ответил тот. — «Вспоминаю его, и сразу гораздо легче.»

В моем правительственном здании все тоже начиналось с тетушек с тепловизорами у входа, потом поставили на потолке какой-то продвинутый тепловой сенсор, затем вместо тетушек выросло число росгвардейцев, а вход-выход развели в разные потоки и сузили. В середине марта в здании обнаружился первый заболевший, нас всех в одну из пятниц прогнали безбожно рано — в 21-30 — чтобы чуть ли не с вертолетов полить все дезинфектантом, а в понедельник запретили выходить из здания в общий вестибюль в течение рабочего дня, и большинство наших милых кафешек закрылось. Часть людей перевели на удаленку, а работа хлынула лавиной, я сидела в офисе до 23, потом, минуя общественный транспорт, добиралась на такси. С утра ездила на заметно опустевшем МЦК, где люди рассаживались на свободных местах по диагонали и недоверчиво смотрели друг на друга. А потом президент объявил выходные дни, и 27-го числа нам всем в приказном порядке сказали двигать домой и сидеть в онлайне до особого распоряжения, оставив в здании только руководство и дежурных секретарей. Моя начальница, которая и при атаке зомби забаррикадировалась бы в переговорной с компом и была бы довольна, что наконец никто не отвлекает, попыталась организовать выход на работу меня и еще парочки своих людей хотя бы с этого понедельника, но тут подтвердился коронавирус у одного из коллег, и поэтому все дома как минимум до 15 числа (а я тайно надеюсь замылить еще пару дней хотя бы до 20-го). Сегодня ровно две недели, как я контактировала с этим коллегой лично (коллега кстати болеет в легкой форме), и хотя конечно сейчас созданы идеальные условия по воспитанию в себе ипохондрика, мне решительно не к чему придраться в собственном состоянии (аппетит, кстати, мог бы быть и поумереннее) — и слава богу.  

Работы на дому у меня не убавилось (самое смешное, что одна из халтурок-таки состоялась, правда пока без гарантий оплаты, и я по ней умудряюсь что-то делать). Просиживаю у компа целыми днями и не замечаю бега времени. Добрый муж, осознав мою потребность в отдельном рабочем месте (в обычное время нам за глаза хватало расшаренного ноута), припер с работы немолодой, но вполне себе пашущий моноблок, и на нем я освоила таинство зум-конференций. Мне нравится, как на почве удаленки и видеочатов все стали заметно проще — руководитель моего агентства на воскресном зуме была в тренировочном костюме и лопала семечки, представители банков ведут трансляции из детских и спален, в тельняшках и ковбойках, и всем явно любопытно поглядеть на бэкграунды собеседников. А еще мне нравится мое новое рабочее место на обеденном столе, потому что если оторвать глаза от монитора, за ним открывается панорама ВДНХ, Ботсада и такого разного и всегда прекрасного неба. 

Еще я угораю от сообщества «Изоизоляция», умудрилась сделать такой особукко, что им не стыдно угостить irma_i, и с подачи супруга открыла для себя завлекательного фэнтези-автора Алексея Пехова («Дом правительства» Слезкина продолжает который месяц с укоризной давить немалым весом на кухонный стол, но его чтение требует особой концентрации и напряжения всего потенциала моего не прибывающего с возрастом IQ). Увы, я уже скоро полгода как не садилась на велотренажер и вернулась к поеданию шоколадных конфет - с конфетами «Столичные» cutting through complexity получается гораздо быстрее и легче. Ну а муж поддерживает рублем любимый паб, который теперь перешел на доставку пенного и вкусной закуси, и ежедневно проверяет, не сняли ли запретительную ленту с нашего стадиона, потому как ему не терпится начать сезон бега. В общем, весна наступила внезапно, впереди полная непредсказуемость, и то ли еще будет ой-ой-ой. 

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded