elastigirl

я карантин переживу, и снова третье сентября...

Выяснилось, что скоро лето. Поскольку сознание пребывает в статусе «только-только пережили февраль», а погодные условия с октября замерли на «под пальто», пришлось символически отметить встречу весны поеданием цветков сирени с букета в приемной руководителя — походов в сиреневый сад в этом году не предвидится. 

Работы много, много, МНОГО. Это благословление, потому что изоляции я не ощутила вообще, а разлуку с Кокием переживаю лишь в считанные моменты (и то с чувством облегчения, что свекровь им сейчас занимается, он не заброшен, и с ним все в порядке). Из-за отмены школы и карантинных мер мои утра стали гораздо комфортнее — позже встаю, неторопливо собираюсь, и по пустынным (до недавнего времени) улицам доезжаю до офиса за 20 минут на заметно подешевевшем такси. Часто, вернувшись домой, доделываю какие-то задачки из дома. Супруг не отстает — и мужчина и женщина вдвоем в пустой квартире каждый что-то фигачит на своем компе. Иногда мы смотрим кино или пьем пиво на балконе. Все остальное ухнуло куда-то, уйдя даже не на второй, а на третий план.  Где-то в памяти иногда возникают слабые, полупрозрачные видения. Просекко на площади маленького тосканского городка под громкий голос Россаны. Доброе лицо друга Кости в знойном мареве нижнего Манхэттена. Ликующий Плохиш, забивший эйс тренеру. Цветы, открытые террасы, бассейны, голубые реки, горы, приморские набережные, лесные тропы, лужайки, виноградники. Черешня. Тапочки. Велик. Шезлонг. Лодка. Возникают — и пропадают обратно. Их очередь еще придет. Просто не сегодня. 

Мне уже понятно, что этот год пройдет именно так — сон, работа, сон. Физическая форма — отрицательная, активно отращиваю министерскую жопу. Ничего, разберусь и с ней. Не впервой. 

elastigirl

министерские будни

На днях стукнуло полгода, как я тружусь на ниве госслужбы. (Оставим в стороне ту мелочь, что я по-прежнему официально не трудоустроена.) Пока что — к моему удивлению — ассоциаций со зловещими Министерствами Любви и Правды  не возникает никаких. Гораздо чаще вспоминается Министерство Магии с его летающими записочками и разными подотделами и секторами.  Долго думала, где бы в поттериане находилось мое подразделение, которое по виду деятельности похоже, но не попадает ни в магический транспорт, ни в магические игры и спорт, ни в международное магическое сотрудничество. Пусть пока будет «Комитет по выработке объяснений для маглов». Это опять же не совсем точно, но всякий раз, когда мне расписывают документы (о, местный новояз) и приносят пачечки обращений от граждан и организаций, я именно этим и занимаюсь. Работа с обращениями граждан, кстати, мне доставляет удовольствие. Не иначе как память генов — мама, расцвет карьеры которой пришелся на одно из советских еще министерств в позднесоветские годы, немало уделяла времени ответам на письма. Послала ей недавно фотку своего рабочего стола, написав «твоя фамилия опять на документах», чем растрогала донельзя.

Последние две недели у меня карьерный прорыв — а) руководитель комитета наконец-то сопоставила мое лицо с фамилией, б) забила мой мобильник себе в контакты и в) начала мне давать напрямую собственные задания, почуяв умение производить тексты, не путаясь в падежах. Ей не хватает штабных писарей, и за неимением лучшего нашлась я. Дама она требовательная, и загрузила в итоге настолько, что моя непосредственная начальница даже попыталась повозмущаться, что меня забрали с потрохами, оголив участок работы. В ответ ей было сказано «как же это вы так работаете, что подготовка пары писем все парализует?», а меня подключили к еще нескольким задачкам.

Я не жалуюсь, потому что впервые за много лет я нужна. Просидев в изоляции три с лишним года на предыдущей работе и выдумывая сама себе занятия, я не могла и надеяться на такой всплеск востребованности. Более того, опять же впервые за очень долгое время я чувствую себя на своем месте, забытое и очень приятное ощущение. Мне понятно, что я делаю, зачем я это делаю и какой должен быть результат. 

Работы не просто много, ее МНОГО. Смутно ощущаю, что звезды сговорились и расчистили мне плацдарм под погружение в офисную жизнь — дети разъехались по бабушкам, никакая социальная жизнь не отвлекает — работай сколько влезет. И это тоже по-своему прекрасно. 

elastigirl

хроники коронавируса

В мою жизнь информация о грядущем кабздеце ворвалось на восьмимартовском корпоративе. Вернувшаяся из Франции накануне введения самоизоляции прилетающих из очага инфекции граждан начальница, выпивая с нами на посошок в опенспейсе, начала мрачно ванговать, что  скоро у нас все будет еще хуже, а к весне грядет конец туристской и гостиничной отрасли. Не веря до конца, я-таки обеспокоилась и для начала решила отменить поездку свекрови с внуками в Биарриц к ее ученице, благо никаких билетов еще куплено не было. Ученица сама на тот момент еще пребывала в счастливом неведении и сильно удивилась нашему решению, но через четыре дня во Франции объявили карантин и закрыли школы. Практически одновременно  — надо отдать тут должное властям, тянуть не стали — Косте предложили перейти на дистанционное обучение. Сообщение об этом пришло 14-го  утром, в субботу. Мы с Плохишом переглянулись, созвонились со свекровью, она по-солдатски молниеносно собралась и 15 числа одним днем увезла Костю в Саратов, где они и пребывают по сей день, забаррикадировавшись в своем доме в пригороде и выбираясь оттуда только в магазин. После каникул школа сначала устроила «развлекательно-развивающие» занятия, а на этой неделе учителя со скрипом стали выходить в зум-конференции, но я, памятуя о скорости интернета в Поливановке, не стала мучить свекровь, посему они с Кокой занимаются по старинке по учебникам и заданиям в электронном дневнике и шлют домашку учителям по почте. Костя уже просек, что дело идет к его жизни у бабушки до осени. Я очень по нему скучаю, и меня волнует тот момент в ближайшем будущем, когда эпидемия захватит Саратов, но сейчас его отъезд — лучшее решение, особенно с учетом того, что мы с супругом все это время были главным потенциальным источником заразы, работая без всякой удаленки вплоть до путинских каникул. 

У Сашки в вузе лихорадочные действия (тепловизоры на входе и прочая) начались в десятых числах марта, после чего объявили двухнедельные «типа каникулы». Он с ноября ждал концерт Тиля Линдемана, который по красивому совпадению приходился на его 21-й день рождения, 15 марта. Коронавирус и Тиль немножко подфартили — Собянин за пару дней до того выпустил указ о запрете массовых мероприятий, Линдеман, не желая расстраивать фанатов, сказал, что даст два концерта вместо одного, и в итоге Сашка, согласившись на дневной концерт, получил вип-билет взамен обычного. Тиль выступал в эффектном пузыре, в фойе продавали стилизованные маски, все получили удовольствие, а информация в конце марта, что Линдеман-таки заразился, оказалась уткой. После этого наш старший сын засел в самоизоляции с моей мамой, в кои-то веки легально получив право вести тот образ жизни, который вел и раньше. Возможно,  коронавирус ему вторично подфартит и в виде послаблений по преддипломной практике (чему я была бы очень рада) — сын мой вялотекуще что-то искал, когда разразилась вся эта история, и деканат сейчас явно не в состоянии пока ничего внятного сказать, что делать (как и все мы, впрочем) — какая уж тут практика. 

Мама, хотя поначалу не могла себе отказать в сентенциях «какая разница, каким образом я умру, может сейчас отмучаться?», тем не менее закупилась провизией, немножко попоучала меня на тему должной заготовки продуктов, пнула собес на тему своевременной выплаты собянинских двух тыщ пенсионерам за сидение дома, и ведет себя крайне дисциплинированно. Один из ее давних друзей сейчас провел неделю на ИВЛ (сейчас понемногу выкарабкивается), и это произвело на нее впечатление. В качестве развлечения она по сто раз в  день созванивается по воццапу с давним бойфрендом, который шестую неделю находится в самоизоляции где-то в районе Аликанте. «Как ты можешь так долго сидеть и не жаловаться?» — спросила она его вчера. «Сидел мой отец. Десять лет. В Красноярском крае. До реабилитации», — ответил тот. — «Вспоминаю его, и сразу гораздо легче.»

В моем правительственном здании все тоже начиналось с тетушек с тепловизорами у входа, потом поставили на потолке какой-то продвинутый тепловой сенсор, затем вместо тетушек выросло число росгвардейцев, а вход-выход развели в разные потоки и сузили. В середине марта в здании обнаружился первый заболевший, нас всех в одну из пятниц прогнали безбожно рано — в 21-30 — чтобы чуть ли не с вертолетов полить все дезинфектантом, а в понедельник запретили выходить из здания в общий вестибюль в течение рабочего дня, и большинство наших милых кафешек закрылось. Часть людей перевели на удаленку, а работа хлынула лавиной, я сидела в офисе до 23, потом, минуя общественный транспорт, добиралась на такси. С утра ездила на заметно опустевшем МЦК, где люди рассаживались на свободных местах по диагонали и недоверчиво смотрели друг на друга. А потом президент объявил выходные дни, и 27-го числа нам всем в приказном порядке сказали двигать домой и сидеть в онлайне до особого распоряжения, оставив в здании только руководство и дежурных секретарей. Моя начальница, которая и при атаке зомби забаррикадировалась бы в переговорной с компом и была бы довольна, что наконец никто не отвлекает, попыталась организовать выход на работу меня и еще парочки своих людей хотя бы с этого понедельника, но тут подтвердился коронавирус у одного из коллег, и поэтому все дома как минимум до 15 числа (а я тайно надеюсь замылить еще пару дней хотя бы до 20-го). Сегодня ровно две недели, как я контактировала с этим коллегой лично (коллега кстати болеет в легкой форме), и хотя конечно сейчас созданы идеальные условия по воспитанию в себе ипохондрика, мне решительно не к чему придраться в собственном состоянии (аппетит, кстати, мог бы быть и поумереннее) — и слава богу.  

Работы на дому у меня не убавилось (самое смешное, что одна из халтурок-таки состоялась, правда пока без гарантий оплаты, и я по ней умудряюсь что-то делать). Просиживаю у компа целыми днями и не замечаю бега времени. Добрый муж, осознав мою потребность в отдельном рабочем месте (в обычное время нам за глаза хватало расшаренного ноута), припер с работы немолодой, но вполне себе пашущий моноблок, и на нем я освоила таинство зум-конференций. Мне нравится, как на почве удаленки и видеочатов все стали заметно проще — руководитель моего агентства на воскресном зуме была в тренировочном костюме и лопала семечки, представители банков ведут трансляции из детских и спален, в тельняшках и ковбойках, и всем явно любопытно поглядеть на бэкграунды собеседников. А еще мне нравится мое новое рабочее место на обеденном столе, потому что если оторвать глаза от монитора, за ним открывается панорама ВДНХ, Ботсада и такого разного и всегда прекрасного неба. 

Еще я угораю от сообщества «Изоизоляция», умудрилась сделать такой особукко, что им не стыдно угостить irma_i, и с подачи супруга открыла для себя завлекательного фэнтези-автора Алексея Пехова («Дом правительства» Слезкина продолжает который месяц с укоризной давить немалым весом на кухонный стол, но его чтение требует особой концентрации и напряжения всего потенциала моего не прибывающего с возрастом IQ). Увы, я уже скоро полгода как не садилась на велотренажер и вернулась к поеданию шоколадных конфет - с конфетами «Столичные» cutting through complexity получается гораздо быстрее и легче. Ну а муж поддерживает рублем любимый паб, который теперь перешел на доставку пенного и вкусной закуси, и ежедневно проверяет, не сняли ли запретительную ленту с нашего стадиона, потому как ему не терпится начать сезон бега. В общем, весна наступила внезапно, впереди полная непредсказуемость, и то ли еще будет ой-ой-ой. 

elastigirl

The virus is comin' to town

— Я сходила в магазин, попыталась закупиться впрок — пачку гречки купила, пачку риса, пару пачек макарон, консервы, но на этом месте поняла, что совершенно не подготовлена к зомби-апокалипсису!

— Нина. Что бы ты ни купила, первое, что закончится у нас в доме, будет алкоголь. 

elastigirl

касьянов день

Зима была настолько лайтовой, что я впервые в жизни не тороплю февраль на выход, особенно учитывая, что я сейчас в постоянном цейтноте, да и на март запланировано несколько дел, которые меня немножко пугают. Ну то есть естественно я ими буду заниматься, но лучше бы не. Мартовско-апрельские семейные встречи и юбилеи тоже окрашены для меня не совсем в радужные тона: 21 год Сашке (NOOOOOO), 65 лет (было бы) отцу (отметим вместо февральского 5-летия ухода), 83 Россане (которая возможно весной приедет в Сант-Пьетробурго, давно ее уговаривала), 90 лет дяде Юлику и 90 родной бабке Валентине. Не те даты, которые вызывают незамутненную радость, согласитесь. 

На работе все пока настолько неплохо, что я боюсь дышать в ту сторону. Наша маленькая группа переехала в отдел ГЦП, государственных целевых программ (мы зовем их децепешники) — вид из окон на Кутузовский и несколько приятных молодых мужчин, которые после 17 тихонечко включают попсу, и даже как-то уютно стало. (Молодых — потому что из разосланного недавно внутреннего справочника стало понятно, что практически любой сотрудник нашего агентства, включая высшее руководство, младше меня на 10 лет, а то и более, но благодаря жежешечке я подсмотрела термины late career/fresh start и повторяю их как мантру. (Я опять про старость, да?)

Параллельно с полным загрузом на работе теперешней, бывший работодатель пытается меня захантить на две халтурки, интересные, оплачиваемые, с любимыми коллегами. Где они были весь 19-й год??? И ведь чертовски нужны деньги, потому что, как ни крути, а с нашими новыми зарплатами мы с Плохишом не выходим на точку безубыточности. По одной халтурке я уже приняла решение, что надо извернуться, но поучаствовать, а по второй — хмммм, спать-то когда? Уже не девочка же, устаю сильнее, восстанавливаюсь дольше. (Вот и третий абзац на возрастные темы сворачивает, да что ж такое.) В общем, буду думать, хотя по чесноку тут и думать нечего, лифтинговые кремы сами себя не купят. 

А про семейство в другой раз. Коротко — дела идут хорошо, но неизвестно куда. Это оптимизм, не сарказм — отдаю дань чуду непредсказуемости жизни.

elastigirl

воспитание ютюбом

— Мама, а ты знаешь, какая рыночная капитализация у Ниссана? — было первое, что я услышала от Коки поутру. 

Упрек, что он не хочет читать заданный на дом отрывок из «Приключений Бибигона», застрял в горле на весь день. 

elastigirl

cutting through complexity

В этом январе впервые закупленное с расчетом на новогоднюю десятидневку шампанское кончилось 3-го числа, что я считаю определенно хорошим знаком. (Были годы, когда пара бутылок ожидала повода быть откупоренными аж до октября — как понимаете, далеко не самые золотые.) 4-го работала из дома, потом благоразумно свалила с друзьями в Кострому, подальше от современных средств коммуникации. Обраточка настигла после праздников: руководство еще более благоразумно свалило куда-то в другое полушарие до 20 числа, в нашем благословенном министерстве присутствовали буквально три с половиной дежурных по стране, и поэтому вашу покорную за неимением никого другого дергали на различные совещания в высшем эшелоне и заставили поработать в первые же выходные над срочным заданием. С точки зрения антропологии это были увлекательные приключения: для меня,  человека пришлого, чудесный мирок здешней реальности еще не утратил абсурдности. (Мне все чаще кажется, что жизнь не просто так кидает меня то в big four, то вот теперь на госслужбу — я просто обязана набраться впечатлений и однажды рассказать миру об увиденном.) С точки зрения налаживания взаимоотношений с коллективом тоже вышло неплохо — нигде так не сближаешься с коллегами, как в состоянии стресса, с максимальной скоростью подбивая на коленке какие-нибудь безумные документы. Поэтому из первого январского аврала я выползла с гораздо большим числом знакомств, чем с новогоднего корпоратива (который кстати ох как удался) — случись бы корпоратив после, у меня появилось бы больше партнеров по танцам (не потому, что я такая ослепительная, а потому что на корпоративах в основном все равно все танцуют с теми же, с кем работают). 

Потом в одночасье сменилось правительство, и на верхний этаж нашей офисной башни заехал новый министр. Я примерно неделю с интересом ждала эффекта домино, утешая себя тем, что по крайней мере за январь мне заплатят, а потом надоело, хотя конечно же министерство продолжает лихорадить из-за кадровой чехарды, и сюрпризы еще будут. Вчера минуло три месяца, как я работаю, в обычной компании это бы означало прохождение испытательного срока, но тут я до сих пор без контракта и в ближайшей перспективе его не будет, поэтому мне и без всяких рокировочек в руководстве в любой момент могут указать на дверь. 

В остальном жизнь течет как обычно. Попытки диеты, мечты о поездках, латание дыр в семейном бюджете. Кокий, этот ребенок-позитив, выпросил у деда Мороза телефон, и теперь пишет мне смс, которые греют и радуют, как хот тодди в холодный день, и которые несколько компенсируют мизантропические послания от старшего. Супруг записался на курсы по 44-ФЗ, погружен в сдачу тестов и кажется полностью забыл о том, что на днях минуло 20 лет, как он живет в Москве. («Ты уже с Ниной больше живешь, чем со мной», — шутит свекровь.) Скучаю без фитнеса (но и немножко отдыхаю, за 5,5 лет в спортзале все-таки выматывание себя три раза в неделю поднадоело, однозначно вернусь к физкультуре...но чуть позже), тотальный сидячий режим конечно же совсем не полезен, но сейчас приоритет не на зож. Жизнь продолжается, и это главное. 

elastigirl

it was a very good year

Дорогой дедушка! 

В прошлую новогоднюю ночь, традиционно гадая на киндер-сюрпризах, я вытащила твое изображение, которое подмигивало и показывало мне большой палец. При том, что киндеры довольно чётенько предсказывают судьбу, я к этому оптимизму отнеслась  с некоторым скепсисом. Прости, что не верила. 

Я не верила тебе, дедушка, почти полгода. Это были спокойные и мирные месяцы, в течение которых я получала удовольствие от процесса, подспудно беспокоясь из-за полного отсутствия результата, ибо редактирование резюме, подготовка к интервью, отказы/игноры работодателей, мониторинг Циана и показы квартиры происходили на фоне проедания семейных резервов и полного непонимания грядущего. Но после майских праздников события понеслись как скорый поезд. В мае мы набрали долгов по друзьям и внесли задаток, в июне переехали на новую квартиру, в июле продали старую, в августе раздали долги и прошли по — как нам тогда казалось — самому перспективному собеседованию (оба кончились ничем). Собственно, успешной квартирной эпопеи самой по себе уже достаточно, чтобы год назвать удачным, и я мысленно пела дифирамбы тебе в течение всего этого длинного-предлинного и счастливого лета (кажется погода была так себе, но это такая ерунда). 21 (двадцать один) год Плохиш и я не проводили лета вдвоем (и то,  в 1998-м он уже работал, а к августу уже было понятно, что нас скоро будет трое). Тем более, что в июнь и июль вместилась Англия-1, к которой я с годами прикипела сердцем не меньше Тосканы, да и друзей в Лондоне у меня теперь много.

Осень началась без особых восторгов, супруг погрузился в свой стартап, а я в бесплодное раздумье, поскольку работы все не было, а идеи, где ее найти, полностью исчерпались. Но ты, дорогой мой старый бородач, недаром еще и подмигивал: решили проветриться на 21-ю годовщину свадьбы и  использовать по максимуму английскую визу, а там и свидание с Домиником Вестом подоспело, и отожгли мы с Плохишом в этом маленьком трипе знатно, не хуже, чем летом! А наутро после возвращения я как приземлилась в кресло отделанного американским орехом офиса в модерновой башне, да так до сих пор тут и сижу, постигая основы министерской жизни и несмело реанимируя надежды на продолжение карьеры. 

Супруг мой, впрочем, недолго оставался папой на хозяйстве и буквально через три недели нашел себе работу, а точнее, работа нашла его. И если я сижу в Сити в опен спейсе среди стекла и бетона, то у него отдельный кабинет в уютном особнячке среди переулков Китай-города, и, в отличие от меня, у него есть полноценный трудовой договор. Дед, хитрый кудесник, признайся, это же ты подстроил так, чтобы мы, в прошлом году потерявшие работы в пределах одного месяца, в этом их точно так же одновременно и получили? Низкий тебе поклон за вынужденный, но от этого не менее прекрасный саббатикал, особенно из сегодняшнего дня, когда мы оба уже активно в работе, и год дома начинает казаться сном. 

Вступая в 2020-й с новым домом, новыми рабочими горизонтами и даже не на полном финансовом нуле, я теряюсь, что попросить, чтобы ты не подумал, что я окончательно оборзела после такого золотого периода. Поэтому часики Омега, ожерелье Шанель и песцовую шубку готовь к 2021 году. Просто пообещай мне, что в следующем году мы не потеряем того, что обрели в этом — это раз, и чтобы число членов семьи не уменьшилось — это два. 

Лично мне не потерять эту работу и закрепиться на ней уже означает больше, чем опять лишиться источника дохода. Для меня это новые горизонты и шанс на перезагрузку. Reboot. Новое направление, где мне кажется, что у меня все может получиться, и особенно с учетом опыта предыдущей трудовой биографии. Так неожиданно и круто после десятилетия тупика и пяти лет застоя вдруг — без всякого предупреждения и совершенно в неожиданном виде — обрести направление и захотеть начать разбег. Да и мужу хочется пожелать, чтобы его теперешняя работа обозначила зарю большого важного дела ему по потребностям, он тоже засиделся и проголодался. А про второе все понятно — семья у нас и так небольшая, не отбирай никого. Раз и два. Это просто. 

Все остальное не более чем хотелки, на твое усмотрение и добрую волю, как комплименти в миланском баре. Из хотелок прежде всего — здоровья всем, особенно нашим родителям. Если меня по весне решат оперировать, ок, но тогда чтоб быстро восстановиться. Отдельно прошу за юношу Сахена. Ему нужна одна какая-нибудь собственная победа или достижение.  В работе, учебе или в личной жизни — лишь бы сломать в его голове закольцованную мелодию «я неудачник». Пусть найдет себе занятие и переключится на конструктив, иначе сам себя сгрызет. Мальчику Косте — просто быть самим собой, может только чуть побольше читать и побольше двигаться. 

И конечно путешествия. Хочется подарить Косте то, что было пару раз с Сашей — уехать на Красное море в какой-нибудь снежный и мрачный московский месяц и смотреть сквозь бокал с коктейлем, как он резвится под солнцем в мозаичном бассейне. Хочется с Плохишом в Брюгге, гулять по тамошним улочкам и пробовать блонды или триплы, которых нет в «200 кранах». Давненько не были и в Риме, поскольку Лондон с Нью-Йорком отняли нас у него на три года, а ведь кроме Рима еще есть Милан, есть Ареццо со старой взбалмошной итальянкой, которая будет сжимать нас в объятиях с криком «Дио мио», и две трети великолепной страны, где мы вообще еще не были.  И да, Америка, опять Америка, never enough и always a good idea.

Я обещала тебе в том году дифирамбы на 1000 слов и новые лампочки на елку. Готовы 900, но я еще в Фейсбуке напишу сто с гаком, а вместо лампочек пока предлагаю два новых рукодельных венка. Все обязательно будет, я же обещала. Как всегда, надеюсь на твое доброе сердце, о дивная борода в красном тулупе. 

И да, чтобы не было войны. Но это не одна я желаю. СПАСИБО, добрый дедушка. 

elastigirl

6:30 - 20:30

За неделю до поездки к мощам Доминика Веста в Англию одна не сильно близко знакомая, но приятная коллега по профессии написала в фейсбуке "ищу человека в теме, в ладах с русским языком и умеющего работать с официальными документами." Я, на тот момент несколько фрустрированная годом поиска работы вообще и недавних обломов с парой проектов в частности, не без досады написала "ну вот у меня например все в порядке с русским, а в какой теме надо быть?" — "Ух ты, срочно давай ко мне", - написала она в ответ и пропала на неделю. Потом объявилась буквально накануне моего отъезда, рассказала в двух словах, где она сейчас,  спросила, когда я могу выйти и сколько хочу денег. Я назвала дату, не веря, что все решится так быстро, и наутро после прилета, 29-го числа, надела костюм и поехала в Сити, ориентируясь на первое собеседование из непонятно скольких. Вместо этого мне вручили стопку бумаг с двуглавыми орлами, указали на рабочее место, познакомили с коллегами, выдали пропуск и завели учетную запись в сети. Вот так ваша покорная оказалась на госслужбе. 

Эта коллега, в недавнем прошлом владелица частной консалтинговой фирмы, теперь свой бизнес закрыла и находится в процессе назначения на должность замминистра. Точнее, зама главы агентства, входящего в состав одного из ключевых министерств. Уже два месяца она де факто работает двигателем прогресса агентства и понемножку набирает команду. Официальное руководство  состоит в должности чуть больше полугода и эту мою коллегу сильно возлюбило за деловой подход и наличие видения, что делать с отраслью. Старая команда, вернее, останки оной, частично в оппозиции, частично не способна на подвиги, а работы невпроворот, и стратегической, и деловой, и креативной, и бюрократической. Что самое классное - коллега горит огнем и желает реально что-то поменять к лучшему, а не украшать потемкинские деревни и писать горы отчетности. Как же мне это нравится.

И вот теперь уже четвертую неделю подряд я ежеутренне марширую до МЦК, после чего попадаю в правительственный комплекс в Сити, шикарную свежепостроенную башню. Сити, надо сказать, за истекшие годы наконец-то дозрел до делового района с развитой инфраструктурой - в подземной части моей башни одних только кофеен семь штук. Мне удобно на МЦК, мне нравится офис, мне хорошо в Сити, и после рабочего дня я испытываю близкое к оргазму чувство, заходя в любимую новую квартиру - ну как такое может совпасть в считанные месяцы? 

Минусы: у меня пока нет контракта, и неясно, когда будет. Официально я пока не существую ни в министерском директории, ни на бумаге - я даже должность свою не знаю. По зарплате договоренность есть, и зарплата на 25% ниже предыдущей (тут надо сказать, что за последний год это лучшее предложение, учитывая дополнительные плюшки), но когда ее заплатят и в каком виде - вопрос. Так что, хотя сегодня моя первая бумажка сегодня официально прошла через Минэко, Минфин и Минюст на подпись Председателю Правительства, все пока на голом доверии - потому я не афиширую пока никому, где я и чем занимаюсь. 

Самую малость оглядевшись и нюхнув, чем тут занимаются, я вдруг поняла, что мне очень хочется тут закрепиться - есть серьезная возможность выйти из  затянувшегося карьерного кризиса. Я никогда не рассматривала для себя госсектор, но у меня есть масса черт хорошего чиновника, да и нужных навыков достаточно. Консалтинг приучил меня к работе без графика и делать то, что поручили, без лишних вопросов. В самой работе есть масштабность и авторитетность, которые мне импонировали в большой четверке, но при этом отсутствует необходимость продаж и кипиаи по ним. Отрасль близка, понятна и интересна. А быть в команде с не отравленным канцеляризмом и интриганством лидером вообще прекрасно. Так что я внезапно хочу не могу и жду не дождусь. 

Один вопрос - сколько эта конструкция просуществует. Предыдущий глава агентства держался пять лет. Посмотрим, что будет с теперешним. Особых иллюзий я не питаю, но чисто для себя надеюсь хотя бы на пару годиков. Пожелайте удачи. Пригодится.