elastigirl

руковожу за еду

На нашем конкурсном проекте продолжается бардак, а поскольку я больше всех возмущалась, что никто ничего не делает, в итоге получила статус проджект-менеджера и ответственность за всю нарративную часть конкурсного предложения. Так что в последние дни перед отпуском в  США (уже наверное можно сказать, что в четверг я и мой старший сын летим в НЙ с заездами в Вашингтон и Питтсбург, старшой на 8 дней, а я-кукушка на 17) я занимаюсь чистым пиэмом, и впервые за долгий период время понеслось, как комета к Земле в любом фильме-катастрофе. Люди прознали, кто теперь руководит этим летучим шатром, и к моему рабочему столу потянулся поток, в основном конечно же за согласованиями персонала, часов и расходов. Мне даже немножко жаль, что выпаду из потока, не успев ни увидеть результаты своего упорядочивания и организации процесса, ни получив никакой благодарности коллег, но предвкушение Америки перевешивает все. Париж стоит мессы, а New York is always a good idea. Опять же, когда я вернусь и упаду в офисное кресло, то застану развязку мерлезонского балета — финальные две недели до сдачи проекта. (Вот тогда не будет человека более одуревшего и тайно себя жалеющего. Но я подумаю об этом вечером 29 июля. А вернее не подумаю, а выпью лишний коктейль в JFK, чтобы не думать, а в самолете представлять Плохиша и думать, как соскучилась по нему.)

Параллельно случилось много хорошего и интересного — получила лучший в жизни подарок, увидела подружек из счастливого детства, гонщику и новоиспеченному писателю и издателю газет Коке исполнилось 7,  футбол опять же, да и на август много что запланировано. Но об этом потом.  Все потом. Возьми меня, Нью-Йорк, я твоя. 

elastigirl

и о футболе

Футболом я интересуюсь только во время ЧМ или ЧЕ, то есть каждое четное лето. Вполглаза, вполуха, но поглядываю. Это один из поводов вспомнить моего деда и освежить много разных приятных воспоминаний. 

Дед очень любил смотреть футбол, а я обожала деда, поэтому уже к Чемпионату мира в Мексике  (1986) могла внятно объяснить, что такое офсайд (знание, утерянное с годами). Дед готовился к просмотру основательно: долго колдовал с антенной специально перевезенного на дачу на все лето черно-белого телевизора, бабка на велосипеде за 4 км гоняла в единственный местный магазин, куда иногда подвозили цистерну пива в розлив, а немного чаще бывал хлеб. (Мне, разумеется, пива не полагалось, но бабка делала прекрасный квас.) Ритуал с пивом, свежим белым батоном и шпротами или горбушей из банки соблюдался неукоснительно четверть века, пока дед не начал забывать счет. Именно на даче, помнится, я оказалась свидетелем исторического финала ЧЕ-1988 Голландия-СССР (о, Рууд Гуллит и Марко Ван Бастен). В перерыве между первым и вторым таймом вышла за пределы участка и поразилась полной пустынности улиц — болел весь поселок. 

В 1998 году, в удушающую саратовскую жару, смотрели с Плохишом финал Франция-Бразилия, с Зиданом и Роналдо. (Это был тот самый чемпионат, где Аргентина-Ямайка 5:0.) Десятью  годами спустя, оказавшись во Франции, мы купались в лучах любви, потому что сборная России тогда победила голландцев, обидчиков французов, и местные болельщики переключились на нас. В этом жеже можно найти описания многочисленных «АршавИн» и «ПавлюшенкО», сумасшедшего полуфинала Германия-Турция («кель матч, кель финаль!»), того,  как Ян и Ро сказали, какое «милое русское лицо» у Гуса Хиддинка, и как в ночь финала привратник дорогого отеля, прятавший радио в рукаве форменной ливреи, ответил на наш немой вопрос «Уно-дзеро, Спанья». В 2014 году, находясь в командировке во Львове, мы с Колькой поймали конец одного из самых безумных полуфиналов в истории футбола, когда Германия раскатала Бразилию со счетом 7:1. Трансляция шла на украинском, поэтому фраза «Це просто шок» надолго записалась в мои любимые. 

И вот пришел ЧМ в Россию. Я в жеже старательно шифровалась, но наверное уже можно написать, что по долгу службы повидала немало стадионов, прнинимающих чемпионат — Саранск, Нижний, Калининград, Екатеринбург, «Открытие Арена», — правда, в основном, в виде стройплощадок. Маститый архитектор, о котором много писано в прошлом году, спроектировал как минимум 4. Его проект самарской «летающей тарелки» и огромное количество лестниц в нижегородском проекте в свое время вызвали у меня недоумение — а вот поди ж ты, смотрится эффектно и болельщики довольны. К стадиону в Нижнем у меня особо теплое отношение, потому что по нему работала больше всего. Вчера во время Дании-Хорватии не выдержала и написала клиенту, тамошнему зам. министра спорта, который тянул на себе всю махину подготовки, поздравления от всей души. Он не удивился моему смс — «Я на матче, спасибо, что не забываете». Еще бы я забыла. Слишком хорошо помню, с какого ничего это все начиналось, и как этот небольшой и негромкий человечек неутомимо делал свое дело. Помню, как он спорил с маститым архитектором по поводу выбора материала для облицовки стадиона — вот этих вот красивых голубых волн, которые сейчас так эффектно смотрятся по телевизору. Помню, как он упал во время экскурсии на «Открытии», поскользнувшись на их супер-газоне, и нечаянно обнажил всю инженерную начинку, залегавшую внизу. Помню его кабинет в нижегородском Кремле, где он кормил нас с Колькой конфетами, и как в тридцатиградусный мороз он повел нас показать место съемки фильма «Жмурки». Что греха таить, я волновалась, как пройдет у нас ЧМ, но меньше всего переживала именно за Нижний.

Все прошедшие выходные я работала, но не могла пропустить футбол, поэтому «видела, как умирала надежда Аргентины» против Франции и как Уругвай замочил Португалию. Вчера мы с Колькой пятый час как доканчивали отчет по нашей халтурке (Плохиш мирно дремал в соседней комнате после тяжелых выходных), когда стало ясно, что Россия продержалась против Испании. Не сговариваясь, мы одновременно прервались на последние 10 минут дополнительного времени, я разбудила мужа — и узрели серию пенальти и историческую ногу Акинфеева. Сразу же после этого за окном раздались дикие крики и бибикание машин. А сегодня на девятичасовой еженедельной планерке, самой нудной встрече недели, все отвлеклись в кои-то веки от cash collection и всерьез обсуждали перспективы полуфинала Англия-Россия. Сейчас, пока я пишу, за моей спиной в офисе кто-то тихонечко смотрит Бразилию- Мексику. 

Есть, есть радость от футбольного чемпионата. Лишь бы не получилось, как с Олимпиадой в Сочи. 

elastigirl

вивляфранс

Пока мое счастливое тело перемещалась между департаментами Бургундия-Франш Конте и Рона-Альпы (неделя прошла как в песне Ёлки про «завтравсемьдвадцатьдве» — все эти уютное кафе на улицах с плетёной мебелью, бордовое бордо и тепе), на работе ситуация становится все страньше и страньше.

Во-первых, мой британский шеф, почуяв, что под его ногами горит земля, совершил неслыханное, а именно объявил об уходе. Тут надо пояснить, что предметом его высшей гордости являлось то, что он ни разу в жизни работу не искал, а просто после колледжа пришел работать в фирмочку, где и просидел четверть века и дорос до принципала. Фирмочка была куплена моим теперешним работодателем, потеряв в процессе слияния всех ценных сотрудников, шеф остался один и последние лет восемь-девять, не обладая видением и смелостью, стагнировал от плохого к худшему, пока не кончилась лояльность у самых старых клиентов и терпение высшего руководства.  Тут как спасательный круг прилетело предложение перейти к одному из бывших коллег, чем мой шеф не преминул воспользоваться, бросив подчиненных на произвол судьбы. Мне скинули восьмиминутную аудиозапись его отречения, где во всех его словесных кружевах-таки прозвучала фраза «there is no plan» (то есть «я устал, я ухожу, а вы держитесь тут»), что, к моему удивлению, нежных британских сотрудников повергло в сильный шок, двое даже заплакали. Мое очарование этим шефом закончилось примерно через четыре месяца совместной работы, перейдя в легкое отвращение — даже здесь в жж старалась про него не писать, но я не ожидала такого крысиного побега с тонущего корабля.  Что противно, у него three-month notice, поэтому коптить воздух он еще будет аж до сентября. 

Во-вторых, мою бизнес-линию решено ликвидировать. Она и так захирела, в лучшие годы в Лондоне сидело чуть ли не двенадцать человек, но сейчас, после того, как шеф объявил об уходе, решено reduce the number of roles from six to zero. Поскольку регион UK+Ireland сейчас в большом корпоративном reshaping, они погнали лошадей и уже к 9 июля походу вопрос моих британских коллег прорешают. Одна сильно мной нелюбимая баба подняла скандал и потребовала ее вместе с семьей передислоцировать в ЛА, где еще существует наш американский офис (есть и гонконгский, но там ее терпеть не могут), поскольку она «нишевый» специалист и мол будет долго искать на рынке подобную позицию, но у меня есть большое подозрение, что никто на это не пойдет, тем более, в такие сжатые сроки и учитывая весь гемор с американскими рабочими визами. 

В общем и целом эта ситуация скорее всего потянет за собой вопрос и моего трудоустройства, но думаю, не раньше осени. До конца лета я занята пресловутым конкурсом, нужным руководству, а все наши годовые ревью идут в ноябре, так что скорее всего со мной проведут соответствующие беседы в сентябре-октябре. Поскольку я к ним морально готовлюсь уже пару лет, вплоть до репетиций с мужем реакции на фразу «Мы пришли вас уволить», слез не будет. Помимо прочего, это довольно забавно —  остаться одной в лавке между ЛА и Гонконгом на весь EMEA, пусть и на пару месяцев. 

Тем временем на конкурсе бардак, три наших ведущих архитектора не смогли договориться между собой,  человеческих ресурсов делать конкурс тоже нет, проект встал. Поскольку мне больше всех надо (а я дергалась из-за своего куска и оооочень хотела попасть в июле в отпуск), и я пару раз поверещала слишком громко, сегодня меня попросили стать PM. Что хорошо, в формулировку просьбы входило «хотя бы до твоего отпуска». Нашла в общем гемор на свою голову, но крайней мере, в отпуск железно поеду, никто с этим спорить не будет.  

Итак, все лучше некуда — халтурка буксует, престижный конкурс для крупнейшего клиента будут делать два с половиной калеки, я на грани сокращения, лето летит на всех парах, но — что удивительно - волнение и нервяки волшебным образом тем временем прошли. Я думаю, во всем виновата неделя с красным вином из местных погребов больших шато, давшая столь нужную перезагрузку. Сжав зубы, продираюсь к 12 июля, дате Главного Приключения Года. 

elastigirl

live and let die

В прошлую среду, пока супруг ужинал с очередной возжелавшей его бабой  высокопоставленной бывшей коллегой, я и друг Хохел, который провел в сожительстве с нами пол-мая, мирно пили пиво вечером трудного дня. И тут на нас из прихожей вышла любимая кошка Зайка, оставляя за собой кровавый след. Я недооценила серьезность ситуации — ну, разодрало глупое животное мордочку, непонятно, правда, где и как, особенно если учесть, что большую часть времени она проводила лежа на нашей кровати, но мало ли, бывает и хуже. Однако мордочка не заживала, загноилась, есть кошка перестала, и в выходные кровотечение открылось пуще прежнего. Потащила ее в клинику, где выяснилось, что это саркома. Ветеринары предложили удалить челюсть, мол, потом кошку надо просто через зонд кормить, и все, но в ответ на мои уточняющие вопросы дружно отводили глаза. Интернет дал нехорошую статистику метастазов даже после ампутации. Учитывая почтенный возраст моего белого дракона (домашнее прозвище), я поняла, что настал тот момент принятия болезненного решения. 

Супруг почему-то думал, что Зайку надо будет похоронить самим, и после клиники было решено пойти в Сокольники. Глотая слезы, я нашла мягкий мешок Prada, в котором мне как-то продали мою самую дорогую в жизни сумку, уместно белый с черными ленточками, и садовый совок-лопатку. Саша, взволнованный, погладил на прощание старушку, и мы с Плохишом отправились с мешком, совком и переноской в Зайкин последний путь. Символично, что ровно 15 лет назад, тоже в июне, и с той же переноской, мы ее забирали трехмесячным котенком.  

Слава богу, в клинике все сделали культурно, и идти на похороны в Сокольники не пришлось. Мурчащая в переноске до последних минут, измученная и слабая, Зайка напоследок все же слегка цапнула сухой лапкой доктора. Мне дали закрыть ей глаза.

Добрая свекровь, желая немного развеять грустные мысли по поводу скоропостижной смерти Зайки, записала пятиминутное интервью с Кокой и прислала нам. Видео получилось эпическим — всеми любимый, развитой, жизнерадостный ребенок с удовольствием делится впечатлениями. Одно я не могу понять по результатам просмотра — как два человека с кучей собственных, простите, заёбов, у которых в аккурат на ранние годы Коки пришелся острейший карьерный/самооценочный кризис, которые далеко не гении в воспитании детей и вообще норовят свалить куда-нибудь вдвоем при каждом удобном случае,  смогли породить такое гармоничное, любознательное, открытое существо?  Невольно так и уверуешь в расположение звезд на небе, ей-богу. 

Тем временем, часы дотикали до полуторасуточной готовности к вылету на неделю в края голубого неба, живописных пейзажей, прославленных вин и, как я выяснила на днях, ликера Кассис. I need a vacation, not a stupid weekend.

elastigirl

Планирую поехать летом кукухой

Все случилось именно так, как я ожидала. Халтурка и большущий проект. Оба одновременно. Халтурку к июлю (и клиент доверчиво ждет), большущий проект чем скорее, тем лучше, но сдача 15 августа, в аккурат перед возвращением с дачи первоклашки, а там уже и осень. Грустно понимать, что лето, которое так ждала, будет проведено в офисе, и уже нервничаю, останется ли мне время на фитнес с этой грядущей свистопляской. Жалко, что  застрял в начале второго сезона сериал The Affair. Непонятно, получится ли выбраться к Коке на день рождения и посмотреть, как он катается на багги. 

Из хорошего — я не психанула и не уволилась (хотя целых десять дней с наслаждением представляла себе, как посылаю всех, прихожу домой и ложусь на диван досматривать The Affair), мне все еще сильно нужна зарплата, а рынок труда нехорош. На обоих проектах со мной Колька (чтобы его наняли на большущий проект, пришлось дать толстожопу позитивный фидбек для его полугодового ревью, писала и ненавидела себя). Вопрос утилизации рабочего времени решен надолго, и самое главное — никто и не заикнулся о том, чтобы не пустить меня в отпуск. Так что пока все складывается вполне себе прилично. 

Осталось только понять а) как делать большущий проект и б) когда делать халтурку. Всего-то навсего. 

Классика. 

elastigirl

Brain drained

Впервые за много лет (а точнее, с 2012 года) май выдался солнечный, погожий, все в цвету. На фитнес по вечерам хожу долго и медленно, переползая от одного куста сирени к другому в поисках счастливых пяти лепестков. Таджикские дворники почему-то не снесли под корень одуванчиковые поля в местном скверике, и белые шапочки в высокой траве тоже радуют глаз. Какое блаженство — просто хорошая погода. 

Еще из приятного — метод ежедневного жиросжигания на велотренажере принес свои плоды. Хотя я и ощущаю себя персонажем то ли «Трио из Белвилля», то ли второй серии «Черного зеркала», но тихо и незаметно опять лезу в свои самые «худые» вещи и приближаюсь к рекорду 2014 года (осталась реально одна дырочка на ремне). Нечасто, увы, так получается. На почве этого недавно даже случилось неслыханное — я купила себе юбку (те, кто меня знает, могут подтвердить, что это воистину историческое событие). Карандаш, шелковая, расписанная маками, с тонкой нижней юбкой и обшитыми бархатом кнопками-застежками  — давно в моем гардеробе не было таких красивых вещей. Юбка поедет со мной во все отпуска и возможно даже будет надета на день рождения. Хороша, короче. 

Сдалась-таки врачам — два года манкировала, но пришлось. И на очереди зубной, которого уже тоже оттягиваю годами. А деваться некуда. Переваривая вердикт по результатам сегодняшнего осмотра (ерундовые, но болячки), шла и мысленно благодарила свое тело, что в целом оно у меня такое здоровое, крепкое и непроблемное. Тьфу-тьфу-тьфу.

На работе надвигается лавина, а я опять в классическом состоянии — замерла перед первой пустой страницей, вдохновение закончилось на титульном листе. Вместо того, чтобы сосредоточиться сейчас, буду пытаться работать в субботу. Не в первый и не в последний раз. Getting things done, хули. 

«Как пейзажу с места вбок, нам с ума сойти нельзя»,  написал когда-то сегодняшний именинник. 

17 дней до недели в раю. 

elastigirl

как пожар - хоть увольняйся

Пост долго висел в черновиках и назывался «Карьерный тупик, дом 2». Содержал традиционный гундеж по поводу собственной карьерной фрустрации и мрачные предсказания на тему того, что следующей моей работой будет приемщица в химчистке. Но в прошлый четверг после двухмесячной тягомотины меня с утра пригласили подписать контракт на халтурку, а после обеда толстожоп объявил, что отправляет на ознакомительный семинар по крупному конкурсу, в котором наш отдел решил участвовать, и где у меня будет раздел. 

Я полезла в требования к конкурсу и почитала свой кусок. Первой реакцией была паника: побежать домой, залезть под одеяло и закрыть голову подушкой, потому что к конкурсному дедлайну 15 августа этого не сделать никак, особенно с учетом моих уже сильно предоплаченных отпусков. Сразу уволиться, не дожидаясь позора, или побыть Остапом Бендером в роли художника? И как это сочетать с халтуркой?

Потом — не без помощи мужа, влившего в меня массу слов поддержки и немножко бельгийского вишневого пива — я несколько успокоилась. Списалась с Колькой, которому всегда нужны деньги и который неизменно вселяет в меня уверенность, что мы справимся (оба фактора важны). На следующей неделе мы с Колькой-таки подпишемся на халтурку. Отпуск отменять не буду. Завтра пресловутый семинар, после которого надо поговорить с толстожопом, и если он одобрит мои предложения, это будет doable, хотя конечно первые две недели августа точно будет ад. 

СТРАШНО. Но надо. 

elastigirl

старая школа

Наверное в определенном возрасте уже не стоит ожидать хороших новостей, как ни крути, а 80+, как мне с легким страхом видится из своего пятого десятка, далеко не радость. Но все мои — не могу назвать их стариками — друзья 30-х годов рождения, как на подбор, стойко противостоят невзгодам и постоянно демонстрируют мне, как надо жить и вести себя.

Далеко в Лозанне Россана, вечная рагаццина 81 года от роду сражается с переездом домой в Италию и сопутствующей швецарской бюрократией.  Я предложила приехать помочь, потому что помимо прочего там чисто физически надо разобрать гору вещей в подвале. "Нет, моя дорогая, нечего портить тебе праздники. Мне в моем возрасте приходится заново учиться быть self-sustainable, merde! Но иначе никак."

Боб на эту весну набрал себе опять учебные курсы - несмотря на не хотел возвращаться в колледж, откуда был не очень красиво выперт после 45 лет преподавания и гордо обещал самому себе не становиться "маразматиком у доски". Конечно, ни слова не говорит, но подозреваю, что причины две: оставаться в строю и подзаработать. Летом ему 80, собираюсь повидаться. "Никаких подарков не привози, всегда будем рады видеть. Если ты в моем письме ощутила некоторую мрачность, то это только из-за холодной погоды", — пишет он, впервые за двадцать лет переписки упомянув в отношении себя слово "мрачность". 

(Офтоп - ничего лучше, чем привезти ему мемуары М.С. Горбачева с автографом последнего, я не придумала. Это оказалось не так сложно. Секретарь Горбачев-фонда, перед тем как взять книжку, подробно расспросила о Бобе — кто такой, что преподает, сколько лет. "Михаилу Сергеевичу будет интересно". Тут мне пришло в голову, что Михаилу Сергеевичу вообще-то тоже уже 87, и в любой момент зеленая полянка на Новодевичьем кладбище между могилой Раисы Максимовны и веселым памятником генералу Лебедю (кто такого еще помнит?), увы, может оказаться востребованной. Несмотря на то, что мое мнение о горбачевских деяниях в последние годы стало гораздо более неоднозначным, следующее, что я услышала, были мои собственные пожелания доброго ему здравия. Одно я знаю — в 2039 году не будет никакого ВВП-Фонда, куда можно будет придти за автографом. )

Дядя Юлик 88 лет от роду уже третий месяц живет один, пока тетя Света в больнице на краю цивилизации с крайне неприятными последствиями диабета и угрозой ампутации стопы. Позвонила ему подбодрить его, в результате сама же первая и забулькала в трубку. "Может, помочь Вам? Передачки, подвезти что?" — "Конечно, ты такая же незанятая, как и я, ни работы, ни детей. Да и ты знаешь Свету — она не допустит, чтобы ты ее в таком виде застала." Набрала тете Свете — и там получила категорический отказ. Гвозди бы делать, блин.

До последнего держалась и моя бабушка, уже будучи почти полностью слепой, пытавшаяся мыть посуду и вести хозяйство, но уже год, как деменция взяла свое. 

Поколение моей мамы уже немножко не такое. Они не менее слабые характером, нет, но, наверное все-таки более приучены просить о помощи. 

И понятия не имею, что будет со мной и моими сверстниками, когда придет наше время выживать. Скажут ли о нас "таких сейчас не делают"?

elastigirl

корова языком

Куда делись праздничные дни? А все просто. В качестве прощального подарка на лето умудрилась заразить Кокия своей бациллой, вот и проболели все майские, он уже у бабушки, я дома. Оклемалась только вчера (да и у мелкого температура спала с опасных 39,7), но сегодня —  уже в офисе, будь он неладен - все равно продолжаю кашлять как подорванная и маяться головой и горлом. За праздники не выпито ни капли алкоголя , ни с кем не виделась, ничего по дому не сделала, не ходила в зал, не делала попыток поковырять с Колькой грядущую халтурку, но, будучи не в состоянии ничего больше делать, отсмотрела огромный кусок сериала Homeland. Будем считать, что отлежалась. 

Дома завалы. Надо тотально разобрать игрушки, зимнюю одежду, детскую одежду, шкаф с обувью, что-то выкинуть, что-то сдать в ремонт, вымыть все окна, сделать генеральную уборку. Пока что на балконе, в гардеробах и на полках бардак.  Насильная застройка и гениальный уход за зелеными насаждениями нашего района привели еще и к тому, что дома стало заметно больше пыли. Но сил пока нет. 

Финансовое состояние несколько, эээ, шатко. На лето выданы авансы и няне, и свекрови, сделан и грядет еще ряд предоплат по отпускам, плюс вплотную надвигается ТО, заказ новых очков и ряд посещений платных докторов. Бррр. В связи с этим откладываю давно назревшие косметические закупки, вплоть до того, что забрала у мамы все ее пробники и остатки не подошевших ей кремов и утилизирую их. 

Зато за окном в считанные дни распустились листья на деревьях. Опять смотрю на светлые листочки, нежные, как мои надежды, и опять надеюсь на лучшее. 

elastigirl

злая я

Поразительно, насколько в момент с меня слетает культурный слой, когда я заболеваю. Этот момент перехода судя по всему хорошо знают врачи. В роддоме только дождавшись в ответ звериного оскала и "плохо" сквозь зубы вместо обычного оптимистичного "нормально", они приступали к активной фазе. Я же как человек, избалованный хорошим самочувствием, не привыкла в самодиагностику включать пункт "ненависть к миру = что-то не так". Поэтому, проснувшись поутру позавчера, я подумала, что у меня просто плохое настроение. Немудрено в последние дни перед майскими, когда уже тянешь на честном слове. Поэтому хмуро, огрызаясь, слегка пнув ногой кошку, едва не рявкнув на младшего, едва не рявкнув на мужа и-таки рявкнув на старшего (бедному старшему достается всегда больше всех), я все же оделась, доползла до работы и ненавидела всех сослуживцев до того момента, пока меня не начал колотить озноб. Тут-то уже стало понятно, что это жжжж неспроста. 

Но мое расписание не предполагало нетрудоспособности. Вечером в детсаду был выпускной, потом мы с мамой должны были заскочить в пару магазинов, на работе я должна была закончить правки большого отчета для одного вредного и конфликтного клиента. Я решила поехать домой, выпить терафлю, поспать полтора часа и огурцом двинуть в детсад — мне почему-то казалось, что у меня легкая ерундовая простуда. Выпускной в детсаду запомнился в основном тем, что меня бесили и мама, и Кокина няня — посмели сесть вокруг меня и щебетать, развели пустословие, понимаешь. Потом я бросила их с Кокой на шоу мыльных пузырей и чаепитие, пошла домой, легла, и проспала примерно 14 часов. В перерывах на терафлю и измерение температуры я продолжала злиться на окружающий мир, который в основном был представлен супругом, не подозревающим о моей метаморфозе. Меня бесило, что он трогает меня, как мне казалось, ледяной рукой. Меня бесило, что он рассказывает о том, как прошел день — хотелось отвечать гадостями из серии "я тут загибаюсь, а ты о работе трындишь". Я злилась, что он не предлагает мне кусачий шарф и банку малинового варенья hot toddy. "Мог бы и догадаться, нет?"— думала я сквозь сон. — "Вот сейчас встану и сама себе сделаю. Демонстративно. Пусть ему будет стыдно. Помру тут, а никто и не подумает мне горяченького сделать." После чего вырубалась опять. 

Самый ад наступил вчера утром, когда с трудом открыв глаза, я поняла, что простуда не прошла, а на работу идти надо. При том, что я давно не считаю правильными героические явления в офис в полудохлом состоянии, у меня не было выхода. Горло болело ппц, говорить было трудно, поэтому я опять не рявкнула ни на кого, кроме уже опытного битого старшего, который заглянул в комнату, участливо спросил, как я, услышал в ответ "херово", протянул "ну я уже и так понял" и испарился, даже не напомнив кинуть денег на телефон (битый, говорю же).  

На работе временно наступило улучшение — я как-то увлеклась, а потом поняла, что колотун больше не бьет, а мир заискивающе улыбается. Но дома меня подстерегали домочадцы, и все они хотели разговоров. Я выслушала трагическую историю домработницы о ее разводе, расшаркалась с няней и душевно распрощалась с ней на лето, что-то даже обсудила со старшим — короче, к приходу мужа ресурс был исчерпан. "Сериал он сел смотреть", — думала я перед сном, легко выходя на привычный круг обвинений. — "Я помру тут, а он сериал смотрит."

Сегодня утром глаза открылись гораздо легче. Озноба не было, но стреляло ухо и ныло горло. 

— Ты со своей новой электрической щеткой заплевала зубной пастой всю ванную! — начал супруг утреннее общение с неверной ноты. (И это говорит человек, после которого в ванной комнате можно плавать. Убить.) 

— Похоже, тебе лучше? — осторожно спросил старший, глядя на сомнамбулическую меня, шатающуюся в направлении кухни. (Нет, не лучше. Убить.)

— Мама, я к приезду бабушки решил скрафтить ружье! — радостно объявил младший, который развел творческую мастерскую на обеденном столе. (Пусть поживет пока.)

Я все сделала. Вредному клиенту все отправлено. Сейчас надо найти силы, чтобы встать из-за стола и поехать домой. Ни малейшей радости не испытываю. Начинаются майские, по этому поводу тоже эмоций ноль.

"Милая, хочу гулять с тобой по ВДНХ и пить пиво", — наивно пишет добрый муж здоровой версии меня. 

"Какое в жопу пиво, у меня горло болит. И вообще я сейчас тут кончусь на месте, а ему гулять подавай." — автоматически реагирует мозг, а по хребту опять вихрится озноб. 

Я знаю, что я-нормальная скоро вернусь. Вот получше станет, и вернусь.

Но пока что — не кантовать.