?

Log in

No account? Create an account

A Day in the Life

Судьба человека - его характер


Entries by category: путешествия

Исполнение желаний
elastigirl
kalinnka

Мне очень хотелось погасить долг по кредиткам, не трогая сбережений.

Мне хотелось поехать с Плохишом в путешествие, посвящённое 20-летию свадьбы.

Мне хотелось побольше быть дома: на фитнес по утрам ходить, почаще быть с первоклассником, неторопливо с мамой посещать местный рыночек, может даже завести котёнка вместо умершей Зайки.

Мне было чуть-чуть жалко, что я не дозакупилась разными приятными мелочами в американских аптеках и Whole Foods, и грустно было думать, что теперь я очень нескоро побываю в Штатах.

Мне опостылела работа, но держала зарплата и недоставало волшебного пенделя, чтобы оттуда уйти и наконец разобраться, что делать в жизни дальше.

Все это превосходно решилось за последние пару дней, когда мне наконец-то предложили уволиться за в общем адекватную компенсацию. Я не стала спорить, сегодня мне выплатили деньги, и через неделю мы с мужем летим в Нью-Йорк и Сан-Франциско.


Где ты была сегодня, киска?
elastigirl
kalinnka

Лондону хватило буквально пары дней, чтобы составить мнение о Плохише, и мнение явно сложилось в пользу последнего. Подобно Риму, город начал кидать нам под ноги подарки. На мосту Тауэр, на панорамном переходе над Темзой, мы столкнулись с другом-якутом, который как истинный выпускник Бауманки не мог упустить возможность посмотреть на механизм разведения моста, в свое время являвшийся чудом инженерной мысли. Затем, когда мы решили поставить галочку в обязательном для новичка-туриста пункте и добрели до Букингемского дворца, город явил нам лично Ее Величество (в комплекте с принцом Чарлзом и Камиллой), возвращающуюся после ежегодной речи из Парламента на скромном черном Бентли с монограммами (Камилла, надо сказать, по этикету ехала следом в минивэне). Честно говоря, даже это уже было очень щедро — увидеть на расстоянии вытянутой руки королеву я и не мечтала, понимая ничтожную вероятность такого события, а мужу это явно прилетело как кармическая конфетка за годы томления в пределах РФ. Тем не менее, небесная канцелярия посчитала, что и лицезрения монархов мало, поскольку на следующий день, когда Плохиш отправился в глубины Ист Энда посмотреть на бар, где начинали играть Iron Maiden, завсегдатаи, увидев его восторженное лицо, указали на дядьку у стойки, который, как оказалось, отыграл пару лет в первом составе. Супруг выпил с ним по кружке, с огромным удовольствием поговорил о музыке и славном прошлом и вернулся в полном ликовании.

Read more...Collapse )

закон подлости
elastigirl
kalinnka
Природа наградила меня неплохой с косметической точки зрения кожей. С подросткового возраста меня крайне редко беспокоят прыщи. Если что и случается, то как правило на лбу, что в целом маскируется тональником и челкой. А вот на тридцать девятом году жизни к концу праздников прорезался не просто прыщ, и даже не вулканический прыщ, как у небезызвестного литературного героя, а - не побоюсь этого слова - бубон! На подбородке! Скрыть его невозможно никакими средствами - масштабен и рельефен, поначалу как Джомолунгма, потом как лунный кратер.

Ну стоит ли говорить, что в ближайшие дни нарисовались а) корпоративное фотографирование, для чего приглашен какой-то там спец; б) съемка мини-интервью для фильма о компании, который по идее должны будут посмотреть примерно сто тыщ человек (мой теперешний работодатель - глобальный монстр и форчун500), и в) поездка на разбор полётов к вице-губеру одного из опорных регионов?
Как сговорились все!

В общем, я подозреваю, что бубон-чемпион одушевлен и является реинкарнацией какой-нибудь особо противной знаменитости.

Римские элегии
elastigirl
kalinnka
"Я был в Риме. Был залит светом. Так,
как только может мечтать обломок!
На сетчатке моей -- золотой пятак.
Хватит на всю длину потемок."

Если про Нью-Йорк хочется выражаться исключительно фразами из Маяковского, то главным певцом Рима я теперь безоговорочно признаю Бродского. Этим я не открываю Америку - аналитики его творчества прямым текстом пишут, что его римский цикл "выделяется мажорностью личного чувства: здесь сильны мотивы счастливой плоти, солнца, религиозной благодарности.<...> Даже редчайший у Бродского знак препинания - восклицательный - появляется в этих радостных строчках." (Л. Лосев) Иными словами, тот же итальянский вирус, коим я заражена последние десять лет, в тяжелой форме поразил и самого крупного русского поэта прошлого века.

Позавчера у меня выдался очень длинный день. Все началось с того, что прибыв ранним поездом из Тосканщины, бросив вещи в отеле и наскоро выпив кофе на любимой Гоголем виа Систина, я приступила к штурму магазинов. Собственно, я искала себе сумку, но вместо нее нашлось пальто. Вернее, Пальто. При отражении в зеркале моего стана в этом произведении портновского искусства я, в целом дева культурная, не смогла выразить свои эмоции ничем, кроме классического эллочкиного "хо-хо". Хотя я и сопротивлялась последующие несколько часов, прочесав весь модный квартал и даже специально присев в кафе пораздумывать и посчитать финансы, ноги принесли меня обратно. Таким образом, к шести часам вечера я заперла в гостиничном номере Пальто, как Гумберт Гумберт Лолиту (у нас сегодня, напоминаю, литературоведческий пост), деньги кончились, а до прощального торжественного ужина, который был мне самой собой назначен на девять, было еще далеко. Посему решила совершить культурный прорыв и посетить Пьяццу Маттеи.

Ничего особенного от этого места я не ждала. Переживания Бродского по поводу ветреницы-Микелины в конце концов - просто озорное, чувственное стихотворение, с чего мне, далекой от поэзии, так уж им впечатляться? Таксист докатил до маленькой, по-римски закрытой со всех сторон площади. Огляделась по сторонам - все в точности. Виа деи Фунари, ущелье, закрытые двери, бар, где полагается склонить выю, фонтан, по поводу которого захлебывается восторгом мой путеводитель. У бара на плетеных стульях болтают местные, на верхние этажи (Бродский сказал бы "карнизы") желтых домов начинает ложиться закат. Взяла просекко и вышла тоже посидеть на плетеном стуле, красавчик-бармен вынес мне плошку с орехами и обшарпанную табуретку в качестве столика. Интересно, в каком из этих домов жила та, из чьей ключицы он пил нетерпеливым ртом, ощущая себя Трояном и Катуллом? Джойсу потребовалась тысяча страниц, чтобы описать один день героя в Дублине, а у Бродского вся любовная история и вечный город уложились в двенадцать строф. У моих коленей, чинно прикрытых белым подолом, вышагивали голуби, в фонтане журчала вода, вечер раскаленного дня принес мягкий бриз, и вдруг наступил момент полета в той самой буонарротиевской сини.

Выяснилось, что в этом зачарованном месте я уже сижу сорок минут. Давно пора было возвращаться. На прощание молча салютовала большим глотком Иосифу, Петру и Льву, трем ныне покойным евреям, по совместительству двум русским поэтам и одному писателю, уже после смерти подарившим мне радость открытия стихов, имен и мест.

"Чем был бы Рим иначе? Гидом,
толпой музея,
автобусом, отелем, видом
Терм, Колизея."
Tags:

Последнее лето детства
elastigirl
kalinnka
В нашей сорок второй школе, то есть гимназии номер три города Саратова, существовал местный монстрический монстр, учитель физики. Звали его Сергей Сергеич, а знали как Зигера. Зигер был страшен, щедро расставлял двойки, парализовывал взглядом, пугал могучим голосом, добивал ядовитой иронией. Мои знания по физике и тогда и сейчас равнялись абсолютному нулю, и поэтому когда он рисовал нечто из грузиков-пружинок-стрелочек на доске и цепко обводил взглядом наши головы в поисках жертвы, мне оставалось уповать только на теорию вероятности.

Однажды Зигер снес головы половине класса, выпятил грудь, обтянутую туристско-бардовским свитером крупной вязки, взял мелок и начал доносить свой вариант решения задачи. Вдруг поднялась рука, к доске вышло маленькое существо, лихо стерло половину зигеровских формул и написало свою версию. Так я стала свидетелем многолетнего диалога Зигера и Алки, на много лет ставшей мне близкой подругой.

Алка - гений, способности которого иногда заставляют усомниться в его человеческом происхождении. В милой черноволосой головке у нее функционирует сверхмощный, высокоэффективный и суперскоростной процессор, дополнительно иллюстрирующий безграничность человеческих возможностей. При этом, как и все технари, она исходит из предпосылки, что разговор и письмо - это способы передачи информации. В свое время из-за этого она получила серебряную медаль (выпускное сочинение было длиной в две странички школьной тетрадки), и в свое время я выпала в осадок, получив после нескольких лет молчания поздравительную открытку, где дословно было написано: "С днем рождения. Алла."

Короче, медалистка и блестящая студентка физфака, а также я, студентка экономического с тройбаном после второй сессии, после первого курса не имели ни компании для времяпровождения, ни мальчиков, ни планов на лето. И поехали вдвоем на турбазу "Луч", где Алка проводила лето чуть ли не с раннего детства. Поехали на десять дней, после чего вернулись буквально на пару суток в город, закупились припасами и отвалили туда же еще недели на три, что в свою очередь затянулось до конца лета. Потому что ни до, ни после, такого райского и идиллического времени не случалось.

У нас был домик с терраской у самой кромки песчаного пляжа, нехитрые сковородки-миски-поварешки, плитка для чайника, несколько коробок мюсли с изюмом, бадминтонные ракетки, книжки, старые покрывала, чтобы валяться на песке, карты, карандаши и бумага. Мы вкусно завтракали, выходили на пляж, где загорали до обеда. Я мучала "Улисса", Алка Стивена Кинга. Иногда к нам присоединялась третья наша подружка, поступившая на психфак, и мы обогащались знанием Фрейда. После обеда брали водный велосипед и уплывали исследовать окрестности - турбаза была на острове посреди Волги, вокруг была масса проток, больше походящих на джунгли. Вечером мы рисовали, соревновались в переводах текстов Queen, дулись в карты, устраивали ночной заплыв на другой берег и проводили зачистку домика от комаров. Мы прожили так очень долго - пока не стало холодно купаться, а ночью потребовались дополнительные одеяла. Я до сих пор помню день отъезда с турбазы тем летом - яркое августовское синее небо, еще жгучее солнце, мы рассекаем волны на гулянке, и хит сезона Ace of Base слышится издалека с берега. Этот день мне нравится представлять как расставание с детством. Мне только-только стукнуло семнадцать.

На следующее лето турбаза уже была больше похожа на дом свиданий. Про наш райский уголок узнало слишщком много народа, и мы не успевали принимать гостей. Постоянно крутились разные молодые люди. Алкины поклонники чередовались - три дня один, три дня другой. Победил ее теперешний муж Саша.

Летом 96 мы сделали неудачную попытку тряхнуть стариной, но в тот год Волга сильно обмелела, а на турбазу "Луч" пришли коммерческие отношения. В результате мы осели с Алкой на Сашиной даче, а Саша с Плохишом мотались к нам электричкой. Ночами мы спали часа по два. Чтобы успеть на работу, оба вставали в пять утра и пехом шли километра четыре до станции. После недели такого режима они проспали станцию Саратов-пассажирский, и я переехала к Плохишу.

Золотая Алкина голова вывела Алку сначала на один факультет МИФИ, потом на другой факультет, потом на одну работу, потом на другую работу - и в результате она с мужем уже давно в Бельгии, купили собственный дом, живут на шестизначные доходы и очень хорошо себя чувствуют.

Сегодня Алле 30 лет. Будь счастлива, подруга.